СТАТЬИ

"Зубы дракона брошены в землю!" - волновался я, ожидая гельмана у входа в его галерею.

Марат явился немного рассеянным господином с тихим, мягким, но холодным голосом, какой бывает у хороших врачей.

- Вы ко мне?.

- Да, я к вам.

Интернет-коммунизм.

- Марат, почему вы против авторского права?.

- Копирайт это архаика. Когда-то, чтобы дать толчок прогрессу, он действительно сыграл положительную роль. Но сейчас копирайт защищает не автора от неавтора, а одного автора от других авторов. Украинский ученый сделал открытие на полгода позже, нежели немецкий. И теперь украина должна платить деньги германии за патент! получается - мы оплачиваем опоздание? и одна страна управляет другой за счет копирайта?.

- Но тогда рухнет вся система мировой экономики, основанная на патентах и авторском праве!.

- Не рухнет. Интернет все изменил. Мы должны по-другому построить авторскую экономику. Она может быть добровольной. Есть такой опыт в интернете, когда под какой-нибудь картинкой стоит надпись: "заплати, сколько хочешь, чтобы я смог дальше делать картинки". Еще существует понятие первой публикации.

После нее идеи и мысли автора принадлежат всем. Ну и третий путь - организация всемирного, естественно, очень богатого, фонда, который бы покупал лицензии у авторов и давал пользоваться всем. Это касается в первую очередь лекарств, ведь 90% их цены составляет не стоимость производства, а оплата лицензии.

- Утопия! режиссер снял фильм, его пиратски крутят все кто ни попадя, а он ходит в министерство культуры или этот ваш фонд и просит средства на новую картину?.

- Реально - он снял фильм и все равно получит весь свой доход в течение полугода... И потом еще существует масса людей, которые все равно покупают лицензионные продукты, при том что могут их украсть..

- Конечно, теперь за это гоняют.

- Да не в том дело. Бесплатно пользоваться можно. Нельзя брать бесплатно и зарабатывать на этом деньги. Это такая философия копирайта будущего. Вот купил я книжку, дал почитать друзьям. То же самое, когда я в интернете вывешиваю чей-то текст - я им даю книжку из своей библиотеки. Это новая мораль... Фактически следование копирайту - это все равно что не давать людям потреблять культуру. Да у нас 70-80% населения не может покупать лицензионные продукты. Если завтра перекрыть все лазейки для нелегального бизнеса, то мы остаемся без кино, без программного обеспечения.

- Да кто ж такое разрешит! сша не допустят! забомбят!.

- Ну, оружие решает не все. Конечно, американцы заинтересованы в сохранении авторского права. Но и у них общество неоднородное! 80% американцев хоть раз да пользовались нелицензионными продуктами! то есть пришла пора что-то менять. Ведь, смотри, в древние времена огонь был большой ценностью.

Существовали хранители огня. Но потом появилась простая технология, тот же кремень. И огонь стал общедоступным. Произошла революция! интернет - то же самое: он уравнял богатых и бедных. Я думаю, эта революция вообще приведет к отмиранию систем корпораций. Будет два уровня - человек и человечество.

- А государство?.

- Государство будет, как мобильный телефон... Ты каким государством пользуешься? этим. А я - этим! а нынешняя цивилизация безнадежно устарела.

Одиннадцатое сентября это показало.

Отказаться от положительного опыта.

- И чем это вам не угодила цивилизация!? вроде, все сыты, обуты, у каждого цветной телевизор, холодильник..

- Цивилизация погибает, потому что не может изменить схему своего поведения! она, как человек, действовала по какой-то схеме. Чего-то достигла. Но вот перед ней новая задача, схему надо менять и отказываться от положительного опыта. Забыть прошлое, стать ребенком..

- Легко сказать - отказываться! вы вот в жизни много раз схему меняли?.

- Ой, я много. Моя первая профессия - танцор. Я жил в молдавии, там в те годы был очень известный ансамбль "жок", который ездил по всем странам. Я был абсолютно уверен - вот она, жизнь! заграница! но потом все изменилось.

- Я знаю, вы стали радиоэлектронщиком!.

- Это потому, что я не хотел идти в армию. Я танцевал в ленинградском кардебалете, и тут стали приходить повестки в военкомат. Ну, я и поступил в технический вуз. Окончил институт, пытался писать, работал в театре. Был фанатом толстого, ушел бродить по россии. Я имею ввиду, что я никогда не боялся потерять. Ну, сейчас, конечно, когда мне сорок лет, жалко. Жалко коллекции. У меня ведь одна из лучших коллекций современного русского искусства - 800 работ. Еще 80 картин подарил русскому музею. Но сейчас мне, честно говоря, галерея несколько надоела. С 1994 года она лучшая в россии, ничего интереснее пока не появилось..

- А что это за туманная история с первыми четырьмя картинами, которые вы купили, а потом продали и разбогатели?.

- Это не совсем так. Как только появилась возможность не работать в институте радиоэлектроники, я перешел в центр научно-технического творчества молодежи. Там занялся "комсомольским" бизнесом. Организовал выставку московских художников в кишиневе. Многие картины продались, и на заработанные деньги я стал покупать произведения искусства.

- Довольно странный как для молодого человека способ тратить деньги..

- Понимаешь, после зарплаты в 200 рублей.

20-30 тысяч казались абстрактными деньгами. Мои потребительские стандарты были очень скромны. И поэтому, не имея ни машины, ни квартиры, я начал покупать картины. А потом вдруг понял, что кишинев это такая дыра, я тут пропадаю, не с кем поговорить. Бросил все и уехал в москву. И первый свой контракт в столице я получил как электронщик, а на заработанные деньги продолжал покупать искусство.

- Сейчас вы, наверное, всю квартиру картинами обвешали. Что, кстати, у вас в спальне?.

- "Кама cутра" олега кулика и еще картина одного классика соц-арта, называется "сталин и муза". Там одна молодая девушка... Делает минет... Ха- ха! да-да, вот такая муза! а сталин с портрета смотрит.

- Она ему делает минет?.

- Нет, какой-то абстрактной фигуре... Вообще моя квартира получила гран-при на конкурсе. Ее создал лучший московский архитектор саша бродский.

Украинский народ не любит людей.

Ничего оригинальнее, чем отправиться с гельманом на андреевский спуск, мы не придумали. Ну а куда, в конце концов, вести известнейшего галериста? честно говоря, очень хотелось увидеть, как марат оценивает картины, а художники с замиранием сердца ждут его решения.

Но гельман оказался к "уличной" живописи равнодушен. Несколько брезгливо посматривая на живописцев, он с утомленным видом пробирался сквозь толпу.

- Что, совсем нет самородков?.

- Ну почему же, можно найти талантливого человека. Ко мне в галерею приходят за год более двух тысяч художников. Но тут, как в науке, можно найти гения, однако вряд ли он у себя в деревне соберет телевизор. Так же и современный художник..

- А народу нравится! смотрите, какая толпа!.

- Да народу нравится не эта картинка, а голландцы xviii века, которых он учил в школе. В этом разница. Попадаются клиенты, которым надо доказывать, что школьный учитель, который хорошо разъясняет закон ньютона, и сам ньютон - это разные люди. Художник это ньютон, а эти ребята - учителя. Они пропускают через себя открытия, сделанные другими. И еще - насчет народа.

Как-то мы работали над проектом под названием "выбор народа". Проводили соцопрос на тему, какая у американцев, русских, турок, еще у кого-то самая любимая картина. Решили узнать и выбор украинского народа. Организовали выставку в одном из киевских музеев. Украина оказалась единственной страной, у которой самая любимая картина была безлюдной. Чистый сельский пейзаж. Да, пейзажи выбирают во всем мире. Но на них везде есть люди, которые работают, улыбаются. Русские выбрали очень смешную картинку - лес, христос сидит на пеньке, дети. Американцам пришелся по душе портрет джорджа вашингтона. У украинцев ничего - ни животных, ни людей. Только хатки! местная художественная общественность тогда возмущалась - нет, мы другие! а мы ведь хотели только показать, что коллективный выбор для искусства губителен.

В гостях у арсена савадова.

После андреевского мы стали выспрашивать у гельмана, к кому в киеве он ходит в гости, набиваясь пойти вместе с ним в качестве "хвостовиков".

Выяснилось, что сегодня марат собирался навестить своего друга, ультраэпатажного художника арсена савадова.

Восточный человек арсен мгновенно откупорил коньяк. Девочка-помощница нарезала лимончик. У меня в душе еще теплилась надежда если не переспорить гельмана, то хотя бы как-то его поддеть.

- Вот это другое дело, - говорю, - а то марат мне тут все про цифровые технологии рассказывал! а коньяк-то, коньяк - живой, а не компьютерный!.

- Так выпьем за это, - обрадовался арсен, - чтобы мы не дожили до того времени, когда он станет дигитальным!.

- И еще, - говорю, - по поводу вашего современного искусства. Коньяк и при царе пили, и сейчас, а все эти новые веяния, лсд всякие отошли в небытие..

- Киса, кто тебе сказал эту глупость!? кто отошел!? - захохотал савадов.

- Да, стареем... - Печально улыбнулся марат. - Вот все думают - гельман, современное искусство, наркотики. А я больше страдаю от курения!.

- Марихуана! - радостно заявил арсен.

- Это реже, - снова улыбнулся марат.

- И вообще, друг, - обиженно сказал арсен, - ты пришел в источник энергии и задаешь вопросы про какое-то глупые вопросы.

- Представь себе гриб или растение, - начал объяснять более деликатный гельман, - которое источает наркотический дурман, а ты это растение спрашиваешь: "а вы наркотики употребляете?". Да оно само наркотик, оно его выдает.

- Знаешь что, - сказал савадов, - мы можем показать тебе такие работы, где стимуляторы уже не помогут.

Арсен достал коробку с фотографиями и... Показал. Трупы сидели, стояли, обнимали друг дружку и, казалось, весело беседовали. Маленький мертвый младенчик со вспоротым животиком катался на трехколесном велосипеде.

Парочка влюбленных мертвецов, высунув синие языки, ворковала о чем-то в уголке..

У меня просто голова пошла кругом. Я влюбился в савадовские трупы с первого взгляда!.

А в это время арсен рассказывал гельману об очередной своей идее.

- Около театра русской драмы, на пушкинской, есть аллейка. Там надо посадить пальмы. Вот увидишь, карма киева сразу же изменится. Это же будет майами! наконец-то маргиналы приобретут метрополию! и уезжать отсюда не надо! - веселился савадов.

- И теплой водой поливать? - глупо спросил я.

- Одну зиму продержатся! - небрежно махнул рукой гельман. - Раевский мне рассказывал идею сделать на майдане рядом с фонарями огород. Засадить помидорами и огурцами и таблички сделать: винница, полтава. Вообще все то, что там сейчас настроили, - это надругательство над городом. Европейская столица превращается в стамбул, когда среди древней архитектуры вдруг присобачиваются киоски, всякая мишура. Короче, дешевка... А монумент - это кич какой-то.

Не допив коньяк, мы нехотя уходим от шумного и гостеприимного савадова.

Гельман возвращается в свою галерею на улице костельной.

- До свидания, марат!.

- До свидания.

"Киевские ведомости".