СТАТЬИ

Александр федотов: прокурор должен сомневаться.

На прием к прокурору приходит женщина: "дайте мне разрешение на доставку с марса двух тонн редкоземельных металлов". Прокурор, повидавший за годы своей работы всяких посетителей, без труда определяет, кто сидит перед ним:

"такие разрешения выдает фсб". - "Да я у них уже была, они к вам послали". "Молодцы, ребята!" - мысленно восхищается сообразительностью коллег прокурор, а вслух произносит: "вопросами перевозок ведает транспортная прокуратура. Поезжайте туда".

Это не анекдот, а случай из практики прокуратуры, куда обращаются самые разные люди с самыми разными вопросами. О работе прокуратуры корреспондент "аиф-нн" беседует с прокурором нижегородской области александром федотовым.

- За год мы принимаем примерно 15 - 20 тысяч человек. Но удовлетворяем лишь около трети жалоб и заявлений. Остальным отказываем, потому что они либо обратились не туда, либо никаких нарушений закона в описываемых ими ситуациях нет. Столь большое количество обращений к нам, наверное, можно объяснить тем, что на сегодняшний день прокуратура - единственная государственная бесплатная правозащитная организация.

Люди часто очень слабо разбираются в законодательстве и порой даже не осознают своей правовой безграмотности. Приходит человек на прием, излагает факты и тут же дает "правовой" комментарий. Я его спрашиваю: "у вас юридическое образование?" - "нет". - "Почему же вы так уверены, что сделали верные с юридической точки зрения выводы?" - "ну как же..." И начинает все сначала. А когда ему отказываешь - обвиняет прокуратуру во всех смертных грехах. Я, профессиональный юрист, ни одно свое решение не считаю истиной в последней инстанции. Подвергать сомнению даже самое, на первый взгляд, очевидное - главное правило в профессии юриста. Пожалуйста, обжалуйте решение, с которым не согласны. Но уж если суд назвал его законным, воспримите это как законопослушный гражданин.

В сша, например, человек, прежде чем подать жалобу, вместе с адвокатом выяснит, что писать, куда писать и стоит ли вообще писать.

- Сейчас много говорят о коррупции, взяточничестве, круговой поруке в государственных структурах, в том числе и в "органах". Отсюда, наверное, и исходит такое восприятие отказов прокуратуры. Люди уже никому не верят.

- В целом правоохранительные органы - это боеспособный и профессиональный отряд стражей закона. Если у человека есть какие-то конкретные факты в отношении любых должностных лиц, в том числе и работников прокуратуры, пусть приходит к нам. Но, подчеркиваю, с конкретными фактами.

- К вопросу о боеспособности и профессионализме: с какими итогами нижегородская прокуратура закончила ушедший год?

- в прошлом году прокуратура внесла более 1500 протестов на решения органов местного самоуправления и судебной власти. Каждый второй протест удовлетворен.

При непосредственном участии прокуратуры было раскрыто убийство директора борского стекольного завода владимира максимова, изобличена преступная деятельность банды азербайджанцев. Занимавшийся первым делом следователь геннадий иванов (сейчас он начальник криминалистического отдела областной прокуратуры) представлен к правительственной награде. И поверьте, есть за что. Труд следователя по затратам энергии и нервному напряжению достоин занесения в книгу рекордов гиннесса. Просто ли, например, отбросить все эмоции, беседуя с убийцей?

сложности в работе возникают и по другим причинам. До сих пор не приняты законы о борьбе с организованной преступностью, с коррупцией, хотя в предвыборной программе любого депутата госдумы был некий соответствующий пункт. Давно назрела проблема сохранения доказательной базы. Члены преступных группировок зачастую не дают показаний, потому что боятся расправы со стороны своих. Государство должно законодательно гарантировать им безопасность, но для этого нужны немалые средства. Получение доказательств виновности подозреваемого неоправданно бюрократизировано.

Роль адвоката сегодня - сделать путь к истине более тернистым. Нужна система противовесов подобной практике. Почему, например, сотрудник милиции должен искать двух гражданских свидетелей, хотя сам являлся очевидцем правонарушения? в сша суд верит полицейскому, у нас милиционеру - нет.

Процесс расследования становится все более затратным. Следственные действия по банде аллахвердиева потребовали расходов в 100 миллионов "старых" рублей. Бумаги на одно только обвинительное заключение понадобилось около полутонны. А у нас порой нет денег на оплату коммунальных услуг, не говоря уже о закупке криминалистической техники.

- Думаю, что правозащитники вряд ли согласятся с вашей точкой зрения по поводу упрощения системы доказательства виновности.

- Члены нижегородского общества прав человека заняли популистскую позицию. Они громко кричат о фактах нарушения законности, но когда мы предлагаем им поработать вместе, отказываются. Нередко люди, преступившие закон, используют правозащитников в своих личных интересах, чтобы оказать давление на следствие или суд. Более того, проверяем мы, например, обнародованные правозащитниками факты применения пыток, а они не подтверждаются даже теми, кого нопч представил жертвами этих пыток. Недавно в нижнем побывала европейская комиссия с инспекцией условий содержания арестованных и осужденных. Члены комиссии с глазу на глаз беседовали с подследственными в сизо и с заключенными в колониях. Ни один из них не заявил, что был подвергнут пыткам или избиению.

Беседовал михаил аштаев.