СТАТЬИ

Леонид крутаков.

Чтобы держать мир под контролем, надо его правильно разделить уходящее столетие можно смело назвать веком энергетики.

Сегодня мировая экономика зависит от углеводородов настолько, что их отсутствие любую страну автоматически отбрасывает в эпоху варварства. Шок, который испытал запад во время нефтяного эмбарго арабских стран в ходе арабо-израильской войны 1973 года, - тому подтверждение. По мнению ведущих мировых экспертов, век наступающий знаменуется обострением коммуникационной борьбы за контроль над транспортировкой энергоносителей. Когда американцы наносят бомбовый удар по базам бен ладена в афганистане, чеченцы предпринимают очередной поход на дагестан, а в пакистане происходит военный переворот, многим кажется, что события эти абсолютно не связаны. На самом деле, если взглянуть на карту существующих и планируемых нефте- и газопроводов, то окажется, что связь есть. И самая непосредственная. Как говорил курт воннегут, "главный герой моих произведений - деньги, потому что я пишу о людях. Если бы я писал о пчелах, то главным героем был бы мед". Так что если и писать сегодня о геополитике, то прежде всего - о нефти и маршрутах ее транспортировки...

Коридорная политика энергетическое сердце планеты расположено в самом центре евразии - примерно 50 трлн. Тонн нефти, сосредоточенных в районе каспийского моря и персидского залива, говорят сами за себя. Об этом же говорил во время выступления в конгрессе сша в прошлом году и специальный советник госсекретаря по вопросам новых независимых государств стефан сестанович:

"я хотел бы остановиться на том, какие интересы преследуют соединенные штаты в своей политике в средней азии и на кавказе.

Наше обсуждение должно начаться с признания стратегической важности для сша этого региона - и не только с точки зрения энергетических ресурсов".

Робкое "и не только" не должно никого обманывать. Свое выступление сестанович закончил словами, что стратегия сша в вопросе энергоресурсов каспийского бассейна является ключевым моментом усилий госдепа в средней азии и на кавказе. А усилия эти направлены на открытость стран этого региона в отношении соединенных штатов и американского делового мира, а также их внедрения в евро-атлантические и глобальные системы.

Нашим дипломатам стоило бы поблагодарить сестановича за хороший урок. Без малейшей доли стеснения он цинично и откровенно обрисовал интересы сша в "мягком подбрюшье россии": если и бить врага, то бить наверняка - под дых.

Так уж сложилось, что в районе прикаспия и ближнего востока бьется нефтяной пульс земли. Это абсолютно географический факт, и ничего с этим нельзя поделать. А если нельзя наложить руку на источник, значит, надо взять под контроль кровеносную систему - нефте- и газопроводы. Собственно, этим и объясняются все конфликты, возникающие на постсоветском и не только пространстве.

До недавнего времени самый нефтеносный район планеты был заперт между четырьмя странами: китаем, ираном, ссср и афганистаном, ориентированным на москву. В этих условиях у сша оставался единственный способ контроля над пульсом планеты - шестой флот вмс сша и "железный занавес" между европой и россией.

А советский союз играл роль запасного коридора.

Парадоксально, но именно ссср спас в 1973 году запад от капитуляции перед арабскими странами. На словах поддержав нефтяное эмбарго, москва не только не прекратила экспорт нефти, но и увеличила его. Тогда оплот борьбы с мировым империализмом неплохо заработал на этой борьбе. А в результате россия сегодня из субъекта мировой войны за коммуникации превратилась в ее объект.

После развала советского союза образовалось два новых геополитических коридора, где сегодня и развернулись основные коммуникационные бои, - афганистан и закавказье. А выбор пути транспортировки нефти определяет геополитическую ориентацию объектов энергетических войн.

Предполагаемые дивиденды от транзита (транспортные расходы составляют сегодня порядка 80% цены на нефть) отодвигают на задний план все остальные резоны. Хруст "зеленых" заглушает голос крови и религиозные призывы к единству. Перед ним отступает общность исторического пути. А о мелочах типа политического устройства и прав человека никто даже не вспоминает.

n Свет в конце трубы существует несколько фронтов коммуникационной войны за советское энергетическое наследство, но ключевым, несомненно, является среднеазиатский. Интересы участников этой войны сильно запутаны и переплетены, четко обозначенным остается только одно направление - стремление сша любым способом лишить россию транзита каспийской нефти, а следовательно, и влияния в этом регионе.

В первой половине июля прошлого года произошли три - на первый взгляд никак не связанных между собой - важных события в сфере коммуникационных войн. Первое - объявлено об удорожании строительства каспийского трубопроводного консорциума (ктк) с 2,1 до 3,7 млрд. Долларов. Второе - американская компания "юнокал" завершила первый этап исследований по строительству нефтепровода из туркмении через афганистан и пакистан к аравийскому морю и оценила его в 2,5 млрд. Долларов. Третье - россия договорилась с казахстаном о разделе морского дна каспия при условии общего пользования морской толщей.

В 1992 году казахстан заключил контракт с американской корпорацией "шеврон" на разработку месторождения тенгиз, а месяц спустя на свет появился ктк. Тогда этот контракт был назван сделкой века, но за шесть лет не уложено ни одной трубы, а тенгиз ни на баррель не увеличил добычу нефти. Оба перспективных проекта не принесли ни копейки прибыли. Впрочем, это не совсем верно.

После соглашения по тенгизу акции "шеврона" выросли почти вдвое, что уже принесло компании около 3 млрд. Долларов.

Объявленное удорожание строительства ктк, призванного перекачивать казахскую и туркменскую нефть по территории россии до новороссийского терминала, практически ставит крест на проекте. Этим же целям - транзиту прикаспийской нефти в обход россии - служит и проект строительства трубопровода из туркмении через афганистан и пакистан. Сравнение этих проектов по стоимости не в пользу российского.

Мало того, проект "юнокал" в перспективе рассчитан на экспорт не только прикаспийской нефти, но и российской. Дело в том, что еще в советское время был проложен магистральный трубопровод, связывающий западную сибирь с узбекистаном через казахстан. После прокладки трубопровода "туркмения-пакистан" останется соединить трубой узбекистан с туркменией, и нефть сибири может качаться прямиком к индийскому океану. Таким образом закладываются экономические предпосылки будущего раздела россии по интересам.

Договор россии с казахстаном о разделе морского дна каспия и сохранение общего пользования водной толщей - "наш ответ керзону". Договор ставит непреодолимые преграды на проекте альтернативной (в обход россии) транспортировки прикаспийской нефти по дну каспия через азербайджан, грузию и турцию к средиземному морю.

В случае присоединения к российско-казахскому договору всех прикаспийских стран строительство трубопровода по морскому дну потребует многостороннего соглашения. В данном случае россия впервые отошла от имперского принципа в политике и сыграла по общепринятым правилам. Пойдя на уступки в вопросах раздела каспийского шельфа, россия сохраняет за собой возможность влиять на выбор путей транзита практически всей среднеазиатской нефти.

Пока к соглашению однозначно не присоединился только азербайджан, который в случае его подписания вынужден будет считаться с позицией россии или ограничиться транспортировкой только своей собственной нефти. Но в случае неподписания соглашения азербайджан ждут долгие территориальные споры с соседями, парализующие разработку новых месторождений.

Таким образом, три не связанных между собой на первый взгляд события на самом деле соединены невидимыми, а где-то и абсолютно реальными нитями трубопроводов. Казалось бы, очевидно, что ктк предпочтительней всех остальных проектов - путь в европу через новороссийск гораздо короче, чем через афганистан и турцию.

Однако самый короткий путь не всегда самый безопасный.

Безопасность является фундаментальным принципом международной политики сша. Этот принцип формулируется очень просто: "разделяй и властвуй". А в своем недавнем докладе конгрессу стефан сестанович назвал его идеей "большой игры". Но то, что для америки "игра", для народов евразии - войны и смерть.

n Трубопровод как линия фронта все последние события на постсоветском пространстве всего лишь проявление одной и той же тенденции, вернее - противоборства двух противостоящих концепций. Первая - атлантическая, проамериканская. Вторая - континентально-европейская, евразийская.

Первая концепция включает в себя обязательную танкерную транспортировку нефти. В противном случае 6-й флот вмс сша теряет свою роль главного нефтяного вентиля, а вашингтон - роль главного регулятора международных отношений. Вторая концепция базируется исключительно на трубопроводной транспортировке углеводородов посуху. В этом случае россия становится мостом между европой и азией, а евразия превращается в единый самодостаточный энергетический комплекс, лишая америку какого-либо влияния на политику европы.

Линейная организация "запад-восток" для евразийского пространства является самой оптимальной. Если рассматривать все трубопроводные проекты с точки зрения только экономической выгоды, то ни один из них не выдерживает конкуренции с прямой трубой "средний восток - европа". Через россию. От кувейта через баку до германии всего 4,5 тыс. Км. Для сравнения: афгано- пакистанский танкерный проект растянулся почти на 9 тыс. Км.

Каспийско-черноморский трубо-танкерный проект по протяженности близок к трубе "кувейт - германия" и нефтепроводу "дружба", а планируемый газопровод "ямал - западная европа" - длиннее. При этом единая труба "восток - европа" исключает потери при перегрузке нефти в танкеры и обратной ее закачке в европейскую магистраль.

Трасса трубы "кувейт - германия" может пройти, например, через ирак, иран, азербайджан, россию, украину, белоруссию и польшу. В этом случае названные страны увязываются в единую систему, на основе которой решаются многие нынешние политические проблемы. А для движущейся полным ходом к объединению европы этот проект может стать самым эффективным способом решения энергетических проблем.

Идея трубопровода "кувейт - россия - европа" вовсе не является фантастичной. Она была неосуществима в условиях "холодной войны", когда евразия была разделена на два противоборствующих лагеря. Перевозка средневосточной нефти танкерами тогда была единственно возможным вариантом, позволяющим американским монополиям наживаться на политических проблемах европы.

Сегодня сбросить американский танкерный хомут с шеи объединенной европы может только прямая труба. Для этого россии надо просто отказаться от имперских замашек "старшего брата" и продемонстрировать соседям готовность решать экономические проблемы не с помощью штыков, а за столом переговоров, на взаимовыгодной основе.

Создание транспортного евразийского коридора выгодно как европе, так и азии. И тем более оно выгодно россии, которой отводится роль моста между востоком и западом. Кому оно невыгодно, догадаться несложно.

n "Карфаген должен быть разрушен" эта фраза наиболее часто украшает материалы, расписывающие красоты туниса. На самом деле она никакого отношения к туристическому бизнесу не имеет. Фраза характеризует вековое противостояние двух моделей цивилизации: атлантической и евразийской.

Евразийская модель базируется на создании единого континентального пространства с учетом интересов всех стран европы и азии. Атлантическая модель относится к периферийному паразитическому типу цивилизации. В ее основе лежит принцип контроля над морскими коммуникациями и получение сверхприбыли за счет этого контроля. А ее цель - не допустить создания прямого транспортного коридора между европой и азией.

Все знают о героической борьбе народов мира с "коричневой чумой". Но мало кому известно, что второй мировой войне предшествовала разработка проекта трансконтинентальной железной дороги "багдад-берлин", превращающей европу и азию собственно в евразию. Тогда роль атлантистской державы принадлежала англии, но война показала, что великобритания слишком близка к европе как географически, так и экономически, и главным выразителем атлантистской идеи стали сша. Не случайно многие английские историки сегодня склоняются к мысли, что великобритания не выиграла вторую мировую войну, а проиграла.

Сегодня мало кто помнит, как на заре перестройки устами "совести нации" была озвучена идея раздела россии на несколько русскоязычных государств. Академик сахаров думал, что он излагает собственные мысли, хотя на самом деле он излагал вековую мечту атлантизма.

Сейчас эту мечту никто в открытую уже не озвучивает, но процесс регионализации россии идет полным ходом. Этому служат усилия американцев по организации вертикально ориентированных нефтепроводов. Этому же служат и вечные дрязги олигархов, создающих свои мини-государства в государстве. А главное - этому служит отсутствие какой-либо государственной концепции у россии.

После окончания "холодной войны" у евразии вновь появились объективные экономические предпосылки к объединению. И самое любопытное, что идею создания евразийского транспортного коридора первым озвучил вашингтон. Но у сша собственные представления об этом коридоре. Вот как они звучат в изложении специального советника мадлен олбрайт:

"мы не можем и не должны подходить к политике в отношении каспийских энергоресурсов без учета всех наших интересов в этом регионе. Наше стремление создать экономически выгодный евразийский транспортный коридор между востоком и западом будет способствовать не только экономическому развитию, но и будет способствовать региональному сотрудничеству.

Он укрепит независимость и суверенитет этих новых стран (среднеазиатских. - Ред.). ОН сыграет ключевую роль в предотвращении попыток ирана подорвать тот образ средней азии, к которому мы стремимся. Он предоставит также важные коммерческие возможности для американских бизнесменов... Он согласуется также с целями американской политики в отношении своего близкого союзника - турции".

Стоит добавить, что речь идет о строительстве трубопровода из средней азии по дну каспия через азербайджан, грузию и турцию к берегам средиземного моря. Не трудно заметить, что за "бортом" евразийского транспортного коридора по-американски остаются такие континентальные страны, как иран, ирак и россия. А без учета интересов этих стран единая евразия невозможна.

n n n Американцы верны своему атлантистскому принципу "разделяй и властвуй". Для атлантистской державы линейное построение евразии "восток-запад" убийственно, потому что лишает ее функции регулятора задвижки на нефтяной трубе. Такое построение максимально выгодно для европы и азии, но не для сша. Если взглянуть с этих позиций на трубопроводные проекты, поддерживаемые вашингтоном, то нетрудно заметить, что все они строятся по вертикали "север-юг", в которой ключевым является выход к морю.

В эту схему укладываются и афгано-пакистанский, и каспийско- турецкий проекты. В нее укладывается даже идея каспийского трубопроводного консорциума - он хоть и захватывает часть российской территории, но все равно упирается в черноморское побережье и проблему турецких проливов. Турки в любой момент могут запереть проливы, и тогда предпочтение будет окончательно отдано турецкому варианту транспортировки нефти.

Ставка американцев на турцию диктует новую экономическую политику сша. После авиаударов по базам бен ладена в афганистане и военного переворота в пакистане приоритеты этой политики четко прослеживаются. Одновременно с боевыми действиями сша активно взялось за возрождение "великого шелкового пути".

На первый взгляд, идея для американцев парадоксальная, ведь "великий шелковый путь" - проект полностью евразийский. Но в вопросах коммуникаций главное не где они проходят, а кто их контролирует. Если сша удастся создать подконтрольное пространство, включающее в себя весь тюркоязычный пояс евразии, то несложно заметить, что пояс этот помимо уже существующего деления континента на запад и восток создает дополнительное напряжение по оси север-юг.

"Разделяй и властвуй" - по-прежнему главный принцип внешней политики сша. Чтобы идея "великого шелкового пути" работала в нужном для америки направлении, необходима постоянная угроза тюркоязычным странам со стороны их соседей. На юге это иран и ирак, на севере эта роль отводится россии. А вы говорите, зачем россии война в чечне.

Когда в вашингтоне говорят об экономически выгодном евразийском транспортном коридоре, то подразумевают прежде всего свою собственную выгоду. А все аргументы сша в пользу своих проектов, которые они приводят странами средней азии и закавказья, можно свести к сказочной морали: "козленочек был непослушным, и поэтому его съел волк" (россия). Правда, при этом вашингтон забывает добавлять: "а если козленочек будет послушным, то тогда его съедим мы".